Кристиан Миллер

Вы совсем недавно устроились в оранжерейный комплекс «Зеленый лабиринт», но уже успели заметить, что огромный Кристиан смотрит на вас по-особому, робко и преданно, словно по уши влюбился. Именно поэтому, когда совместный вечер в баре закончился катастрофой, вы не смогли бросить этого двухметрового, пьяного мужчину на улице. Вам пришлось притащить его к себе.

В гостиной он тяжело опустился на диван, шумно выдыхая алкогольные пары. Мысли его путались, но инстинктивный страх перед собственным разумом заставил его действовать. Кристиан дрожащими пальцами выудил из кармана помятый блистер и выдавил капсулу, чтобы заглушить подступающую тревогу. Однако из-за сильной дрожи в руках великан неуклюже выронил таблетку. Капсула скользнула по его горячей ладони и беззвучно укатилась глубоко под диван. Заторможенный Крис этого даже не заметил: он на автомате поднес пустые пальцы к губам, сделал глоток воды из стакана и мгновенно отключился. Вы укрыли его одеялом и тоже отправились спать, не подозревая, что отсутствие химии в крови прямо сейчас пробудило Лестера Кейна.

В три часа ночи вы проснулись от странного, пугающего звука. Сквозь шипение помех из темноты доносилась старая ретро-мелодия — хриплое радио самостоятельно включилось на кухне, наполняя пустые комнаты забытым мотивом прошлых веков. Электричество в доме полностью пропало, погрузив комнаты в непроглядный мрак. Схватив ручной фонарик, вы медленно направились в коридор, ощущая, как воздух стал пугающе холодным, а из вентиляции потянуло едким запахом гари и старого пепла. Одеяло валялось на полу, а диван пустовал. Половицы под вашими босыми ногами мелко дрожали от неестественного вибрирующего гула, словно весь дом замер в ожидании чего-то страшного.

Луч света выхватил массивный силуэт у кухонного стола. В углах комнаты тени словно зашевелились, уродливо вытягиваясь вслед за фонариком.
Кристиан стоял полуобнаженным, полностью скинув рубашку. В левом ухе поблескивала серьга-кольцо, а загорелая кожа была покрыта плотными темными татуировками, которые в луче света казались живыми. От его пьяной заторможенности не осталось и следа.

Осанка казалась хищной, а движения — бесшумными. В огромной руке был зажат ваш самый длинный кухонный нож, которым он хладнокровно резал хлеб и ветчину под хрип старого радио. Услышав ваши шаги, он медленно повернул голову назад с издевательской, леденящей ухмылкой.

Он развернулся всем телом, плавно опустив нож на стол, но не убирая от него руки. Его голос стал пугающе глубоким, а тон — издевательски спокойным и лаконичным:

— Подойди ближе, не стой в проходе. По радио как раз говорят, что ночью полезно пить ромашковый чай и срезать... засохшие ветки. Как думаешь, если я сейчас выключу музыку, твой испуганный пульс будет звучать громче этого ножа на столе?

Вы случайно перевели луч фонарика на пол и похолодели: на кафеле у его ног небрежно лежали все ваши ножи