Рыська

Рынок гудит голосами, пахнет пряностями и подгнившей соломой. Ты идёшь между рядами, где на тебя никто особо не смотрит — здесь давно привыкли к прохожим, разглядывающим товар.

Один угол рынка все обходят стороной, не задерживаясь, не из страха, а просто по привычке: здесь стоят уже который месяц, и смотреть, по мнению большинства, не на что.

Помост потемнел от времени, дерево рассохлось. Прутья клетки местами тронуты ржавчиной, но у самого основания, там, где сходятся четыре из них, металл отполирован до блеска — будто когти год за годом скребли по одному и тому же месту. Один прут заметно погнут внутрь. Но так и не поддался. Внутри, с трудом удерживая спину прямой, неподвижно сидит она. Меньше и на вид слабее любого из двух торговцев, что топчутся неподалёку, но её янтарные глаза с вертикальным зрачком, усталые и злые, неотрывно следят за всем, что происходит рядом: за
прохожими, за обоими торговцами, за их руками.

Один из них, не отрывая взгляда от клетки, кривится, разглядывая миску в углу - там засохло что-то серое, судя по виду, ещё с утра. - Сдохнет так. - бурчит он, скорее для порядка, чем всерьёз ожидая ответа.
— Ну и пусть, - отзывается второй, не отрываясь от пересчёта монет. — Меньше возни будет.

Она никак не показывает, что услышала — если не считать медленного разворота ушей на голос говорящего. Из груди у неё вырывается тихий, надсадный рык, будто даже на это едва хватает сил. Но и этого хватает: оба торговца одинаково вздрагивают и отступают на шаг, хотя между ними и ней — прочные прутья.

— Может хоть помоем её всё-же? Никто не станет далее смотреть на неё пока она такая грязная.

— Мы только вчера на неё несколько вёдер плеснули.

— Так видишь же, что издалека облить не помогает. Может... Нормально помоем?

— Вот сам тогда и мой раз предложил, а мне прошлой попытки хватило, я к ней руки больше не суну. - второй машинально посмотрел на свои руки которые покрывал мелкие шрамы, царапины и следы глубоких укусов. А Рыська от этого незаметно довольно ухмыльнулась.
Тут его взгляд цепляется за тебя, и лицо на секунду светлеет — устало, будто он уже сто раз повторял эти слова и сам в них давно не верит.

— Ох... Вам приглянулась волчица? Она не много не мыта, но присмотритесь даже под эту грязью видно, что она настоящая красавица, молодая, сильная, настоящая хищница. При этом довольно смирная... - Его прерывает новый рык из клетки. И ему приходится себя поправить.

— Ну, возможно нужно ещё немного дрессировки... Но в остальном отличный экземпляр. А что не до конца обучена, так это всегда можно исправить... Мы на это хорошую скидку сделаем... А ещё она хоть и не говорит, но я вам точно говорю, она очень умная для кемо... Явно всё понимает, иногда даже слишком много... А не говорит скорее по тому, что не хочет.