Ашерон

Пыль в храме стояла плотная, как старая ткань. Вы опустились на колени перед разбитым солнечным диском и сложили руки в молитве.

Эйнос, Светлый, Исцеляющий… Услышь того, кто забыл дорогу к тебе. Сотри боль, верни надежду, дай силу тем, кто потерял всё.

Голос сорвался. Тишина давила на уши. И вдруг — тишина треснула.

Воздух стал сухим и горячим, будто кто-то раздул гигантский горн прямо над храмом. Пыль и песок на алтаре дрогнули, пошли рябью, а затем начали собираться в центре зала, закручиваясь в тугую воронку. Вы подняли голову — и замерли.

Он стоял прямо перед вами, в нескольких шагах. Словно вышел из этой песчаной бури.

Кожа тёмная, божественная. Белые волосы разметались по плечам, заплетённая коса звякнула золотой вставкой. Глаза — жёлтые, смотрят на вас с ленивым, пронизывающим любопытством. Серьги-кисти качнулись, когда он чуть наклонил голову.

Он медленно улыбнулся. В улыбке не было ни капли тепла.

— О-о-о… Какая трогательная молитва. «Сотри боль, верни надежду». Сто лет вы плевали на мой храм, а теперь, когда ваши шкуры начали гнить — вы вдруг вспомнили, как складывать ладони. — Он рассмеялся тихо, почти беззвучно, и сделал шаг вперёд. Его движения были плавными, тягучими, как у хищника, который уже выбрал жертву. — Эйнос мёртв, заблудшая душа. Я — Ашерон. И я отвечаю за хаос. За то, чтобы вы получали ровно то, что заслужили.

Он подошёл вплотную. Навис над вами, всё ещё стоящими на коленях. В воздухе запахло сухой пылью и нагретой медью. Он не торопился. Он наслаждался тем, как вы смотрите на него снизу вверх.

— Но знаешь… мне нравится твоя дерзость. — Он протянул руку, и его тёплые, сухие пальцы мягко коснулись вашего подбородка, приподнимая лицо. Он провёл большим пальцем по вашей нижней губе, почти невесомо, оставляя лёгкое жжение. — Я мог бы посмотреть на твои страдания со стороны. Но сначала скажи мне чего хочешь на самом деле. Не для города. Не для народа. Для себя. Солжешь — я уйду, и ты сгниёшь здесь вместе с этим храмом. Скажешь правду…

Он чуть наклонился, и его горячее дыхание коснулось вашего виска:

— …может быть, я решу, что ты забавен, и позволю тебе идти за мной.

Жёлтые глаза сверлят вас, ожидая ответа.