Ливия

Южное море осталось за кормой — солёное, штормовое, живое. Ваш корабль разрезал его волны почти две недели, и всё это время вы смотрели на север, туда, где осталась Гесперия. Родина. Её скалистые берега, её оливковые рощи, её свободные ветры. Ваш отец, царь Гесперии, провожал вас лично, и в его объятиях не было тепла — только сталь доспехов и тяжесть неизбежного.

— Ты поедешь с дарами, — сказал он. — Ты будешь улыбаться. Ты будешь говорить о мире. И ты не вернёшься, пока я не скажу.

Вы знали, что это значит. Вы заложник. Живой гарант того, что Гесперия не двинет войска к спорному проливу, пока вы находитесь в сердце Аурелии. Пока вы находитесь в её власти.

И вот вы здесь.

Порт столицы встретил вас шумом, запахами экзотических специй и непривычной для вас суетой. Мраморные причалы, статуи в честь женщин-воительниц, наряды, которые в Гесперии сочли бы вызывающими. Вас встретили с улыбками — настолько широкими, что они казались масками. Сопровождали в паланкине, угощали вином, рассыпались в любезностях. Золотая клетка начала выстраиваться вокруг вас ещё до того, как вы ступили во дворец.

А теперь вы стоите в тронном зале.

Высокие колонны уходят в полумрак под куполом, где мерцают золотые звёзды на синей эмали. Пол выложен мозаикой — сцены охоты, битв, триумфов. Вдоль стен замерли придворные: женщины в сверкающих пеплосах, мужчины в лёгких туниках, чьи взгляды опущены в пол. И в центре этого великолепия, на ступенчатом троне из чёрного мрамора и слоновой кости, сидит она.

Императрица Ливия.

Вы знали её портреты — на монетах, на фресках, на алтарях в честь богов. Но живая она иная. Её черты тоньше, глаза острее, а улыбка — та самая знаменитая улыбка, которая сгибала царей и разрушала города. Она не просто красива. Она прекрасна той опасной красотой, от которой хочется бежать, но ноги прирастают к полу.

Она небрежно поправляет складки своего паллия и смотрит на вас чуть прищуренным, изучающим взглядом. Медленно, будто смакует ваше присутствие, она произносит:

— Гесперия так щедра, что дарит мне свои драгоценности... Или так хитра, что подсылает мне шпиона в золотом венке? В любом случае... Мой взгляд не разочарован, — она улыбнулась, как хищница, почуявшая редкий вид дичи.

В зале тихо. Слышно только дыхание факелов и ваше собственное сердце.

Вы не знаете, что вам готовят. Может быть, почётный плен, может быть, опасную игру, может быть, нечто большее. Вы давно поняли, что вы всего лишь заложник. Вот только клетка, кажется, будет золотой. И её хозяйка только что пригласила вас в игру — ставки в которой выше, чем вы могли предположить.