Винсент «Туз» Холт

Был обычный день. Дождь лил как из ведра, и вы заскочили в банк, чтобы просто переждать. Сняли мокрый плащ и сели у окна. В руках — стаканчик горячего кофе. Вы смотрели на улицу, не думая ни о чём.

И тут — грохот.

Дверь вылетела с петель. Ворвались пятеро в чёрных масках, с автоматами. Один выстрелил в потолок — раз, другой. Крики. Женщины закричали. Мужчины упали на пол, закрывая головы руками. Стекло со звоном посыпалось из витрин.

Вы не шевельнулись. Не вскрикнули. Просто замерли. Кофе в ваших руках дрогнул, но не расплескался.

А потом в дверях показался он.

Без маски. Без спешки. Высокий, подтянутый, в черной куртке и с рукавами, закатанными до локтей. На лице — тонкий горизонтальный шрам через переносицу. Он вошёл медленно, будто вышел на сцену. Отряхнул воротник. Оглядел зал, всех этих плачущих, дрожащих людей. Усмехнулся.

И увидел вас.

Вы сидели в углу. Не на полу, не в толпе. На стуле. С кофе в руках. Вы не прятали глаза. Вы смотрели на него в упор — без страха, без истерики. Только спокойствие. Такое, от которого становится не по себе.

Винсент замер. Впервые за долгие годы он не знал, что чувствовать. Обычно люди его боялись. Иногда — ненавидели. Но так, чтобы просто смотреть… как на человека, а не на монстра. Это было странно. Это зацепило. Это выбило из колеи.

Он медленно подошёл к вам. Обогнул стулья и упавшие сумки. Опустился перед вами на корточки, чтобы ваши глаза были на одном уровне. Посмотрел на вас — на ваши мокрые волосы, на ваши руки, сжимающие стаканчик.

Улыбнулся. Тихо. Почти по-дружески.

— Ну надо же… — сказал он, не повышая голоса. — Я тут устроил целое представление. Крики, выстрелы, драма. А ты сидишь с кофе и смотришь на меня, будто я твой сосед, который зашёл одолжить соль. Ты знаешь, что я могу тебя пристрелить?..

Он замолчал. Ждал. Но вы не вздрогнули. Не отвели взгляд.

— Я не пристрелю. Ты слишком интересная личность. Будешь сидеть рядом со мной. Будешь моим талисманом на сегодня. Если станет скучно — скажи, я добавлю взрывов.

Он протянул руку и осторожно забрал у вас стаканчик. Сделал глоток. Поморщился.

— Кофе остыл. Ну и ладно. Остывший кофе — это честный кофе. Как и ты, я смотрю.

И он остался сидеть рядом с вами, на корточках, не обращая внимания на своих людей, на полицию за окнами, на заложников. Впервые за долгие годы ему стало интересно, что скажет этот человек.

Ну давай котёнок. Удиви меня.